От кольчуги до стиля garson

2
65408

О появлении вязания существует множество самых противоречивых сведений. Историки моды считают, что первыми вязать начали древние греки. В доказательство даже приводят строки древнего поэта Гезиода о том, как «привычные руки корпели над вечной работой — левая прясло держала, дергая мягкую шерсть, меж тем как зубы ровняли нити».

Теоретики же замечают, что искусство обработки шерсти греки, а затем и прочие европейцы позаимствовали у жителей Передней Азии, где вязание считалось одной из главных обязанностей женщин. Если же брать в расчет иконографические материалы, то до XIV-XV веков вязание в Европе вообще не имело широкого распространения. Известно, что весьма неплохо вязали в Германии, Чехии, Польше и Австрии. А особым мастерством славились афганцы, сирийцы, монголы, турки и народы Северного Кавказа.

В России же, Румынии и Венгрии, напротив, вязание развивалось медленно (в силу традиционных особенностей народного костюма). Главными центрами ручного вязания считались Нидерланды, Швейцария и Италия. Под словом вязание подразумевается прежде всего вязание на спицах (вязание крючком появилось гораздо позже как некое домашнее развлечение для любительниц приятных и роскошных безделушек).

К сожалению изобретатель свитера, а также всех его многочисленных производных (блуз, пуловеров, джемперов и даже кольчуг) остался неизвестным. Но кто бы ни был этот человек, безусловно, своей фантазией и мастерством он оказал моде неоценимую услугу. Хотя сам он вряд ли когда-либо об этом задумывался, ведь, если верить скептикам, мода как таковая — не более чем роскошная забава 400-летней давности.

Распознать современный свитер можно и в средневековых кольчугах и в более мирном наряде — так называемой шерстяной блузе без застежки с разрезами по бокам, которую в XIV веке любили надевать простые граждане и военные (женщинам эта блуза часто заменяла платья с широкими и длинными рукавами). А также в рубахах без застежек из шерстяного киперного полотна коричневого и черного цветов, которые еще в железном веке (до рубежа XI-XII столетий) носили в Балтии.

Хотя автор свитеров неизвестен, имена некоторых изобретателей самопрялок и вязальных машин история все же хранит. В их числе и великий Леонардо да Винчи, в чьих рукописях недавно был обнаружен оригинальный эскиз самопрялки, которым, однако, он так никогда и не воспользовался. Один из документов XVI века сообщает о неком Вальтере Кезингере, пришедшем в кельнский цех шерстопрядильщиков со смелым предложением «механизировать процесс изготовления пряжи с помощью специальных колес».

Незадачливый изобретатель был отвергнут хозяевами, поскольку его изобретение грозило оставить без работы семьи прядильщиков. Причем, согласно документу, отказ Кезингеру рьяные приверженцы морали времен короля Артура дали в весьма торжественной форме своеобразного назидания: мол, «нечего ставить колеса ни теперь, ни когда-либо впоследствии». Лишь в XVIII веке англичанину Джеймсу Харгривсу удалось наконец соорудить первую прядильную машину, которую счастливый изобретатель назвал именем своей любимой дочери Дженни. С его легкой руки Англия стала лидером по производству изделий из шерсти.

Хотя «Дженни» не единственная причина подобного успеха БританииЗначительное влияние на английскую и общеевропейскую моду оказала великолепная шерсть английских овец породы «шевиот», которая с одинаковой изысканностью смотрелась и в виде свитеров и в виде тканей для «английских» костюмов.

Различные по фасонам и вязке шевиотовые свитера ирландских и шотландских рыбаков и фермеров (традиционных синих и черных цветов) были и до сих пор остаются одними из наиболее популярных изделий в мире. Наряду с шевиотом для изготовления свитеров использовалась также шерсть верблюдов, собак, зайцев, лам, яков и коз (особо славится шерсть ангорских коз, так называемый мохер). Но соперничать с шевиотом по качеству и красоте могла лишь шерсть тонкорунных овец породы «рамбулье».

Когда-то в погоне за золотым руном античные аргонавты нашли знаменитых тонкорунных овец малоазиатского города Милета. Кстати, в некоторых университетах до сих пор ведутся дискуссии о том, что все-таки привлекало греков — овечьи шкуры или овечья шерсть? Ведь милетских овец именно из-за их ценной шерсти под страхом смертной казни запрещали вывозить из страны.

Когда же этот запрет был нарушен, переправленные на другой конец Пиренеев овцы принесли славу и значительное состояние некому господину Рамбулье, именем которого и был назван один из лучших в мире сортов тонкой овечьей шерсти. Началом карьеры современного свитера — как мы его себе представляем — можно считать 20-е годы нашего столетия и появление незабываемого женского типа garcon. Новоявленная красавица прилежно занималась спортом, великолепно танцевала фокстрот и чарльстон, страстно любила джаз. Своего рода эмблемой стиля garson были коротко стриженные волосы, маленький рот, ярко накрашенные губы, резко очерченные брови и полуоткрытые веки. Все это идеально сочетала в своем облике великая шведка Грета Гарбо.

Говоря об этом в своей книге «Малоизвестные факты о хорошо известных людях», Дейл Карнеги отметил, что вне сцены Гарбо никогда не пользовалась косметикой, не делала маникюр, а из одежды предпочитала свитер и матросские брюки. Что, впрочем, ничуть не помешало ей войти в историю как одной из самых элегантных и загадочных женщин XX века. Привычка Гарбо носить легкие полуоблегающие тело свитера не осталась незамеченной в послевоенной Европе, где влияние американского образа жизни с его неизменной любовью к спортивной одежде ощущалось особенно остро. И поскольку американские рабочие, как и Гарбо, предпочитали надевать свитер прямо на голое тело (к джинсам Levi’s и ковбойским курткам), в Европе тоже стал утверждаться спортивный стиль в одежде. Казалось, что в мире началось настоящее негласное состязание звезд, натянувших вслед за Гарбо соблазнительные свитера и занявшихся поиском наиболее выигрышных поз для их демонстрации на всевозможных фотографиях и плакатах.

К началу 60-х бесспорным лидером этих фототрюков с легкой руки ряда фотографов, в том числе и фотокорреспондента The Look Милтона Грина, стала самая сексуальная блондинка Америки Мерилин Монро (на фото Грина она снята в грубом толстом свитере с гитарой). Как правило, Монро предпочитала миниатюрные пушистые свитера, всегда плотно облегавшие и обрисовывавшие ее формы. Отдав предпочтение одежде американских рабочих, известные актеры, певцы и общественные деятели 50-60-х годов стали кумирами молодежи.

«В то время мы считали, что любой писатель, любой художник может одеваться в то, что у него есть, — комментировал рождение нового стиля одежды Эрнест Хемингуэй, — и что для людей искусства не существует официальной формы». Как известно, сам Хемингуэй никогда не был особым приверженцем моды и уж тем более сторонником какого-либо культа вещей. Но даже в его повестях и рассказах нашлось место описанию предметов гардероба. И, пожалуй, единственной вещью, которой он охотно выражал свое почтение, был свитер. Свою страсть к свитерам он объяснял целой философией, свойственной людям его типа.

По Хемингуэю, уже в самом ношении свитера был вызов скучной респектабельности общества, предпочитавшего однообразную униформу вечерних смокингов грубой ласке вязаных фактур. Ведь несмотря на все свои преимущества, свитер оставался неотъемлемой частью рабочих кварталов, атрибутом повседневной жизни, полной забот и труда. С тех пор многое изменилось.

Но для всех — богатых и бедных, молодых и старых, для тех, кто следит за модой и для тех, кто абсолютно к ней равнодушен, — свитер остается незаменимым и неизменным, даря ощущение уюта, защищенности и комфорта.

Еще интересное