Made in U. K

2
ba4Aq4_MGrA

Тот, кто хотя бы однажды носил британскую вещь, другую не наденет. Вся мужская одежда этого столетия только и старалась стать английской. Начиная уже с прошлого века английский спортивный стиль вдохновлял самолюбивую и гордую французскую моду. Серьезные немцы старательно имитировали британский бизнес-костюм, и не далее как тридцать лет тому назад синонимом хорошего вкуса у итальянцев был stile inglese.

Но есть и другой английский стиль — парадоксальный, вызывающий. Стиль-забияка, стиль-наглец, у которого в предтечах не только Мэри Куант с ее мини-юбками, но и шекспировские шуты с их озорными бубенчиками и цветными заплатами. Все это тоже английский стиль.

Brit Pop, или Давайте похулиганим

Центр женской моды постоянно перемещался из Лондона в Париж, из Парижа в Милан, из Милана в Нью-Йорк и так далее, чтобы сегодня снова оказаться в Лондоне. В наши дни именно Лондон центр современного стиля. По крайней мере, так утверждают американские, английские, итальянские, французские, немецкие и другие журналы.

Этот феномен имеет свое название — Brit Pop. Brit Pop возник на волне популярности новых британских рок-групп, таких, как «Оазис», «Блюр», «Портисайд», «Эластика», «Радиохед», «Суперграс» и некоторые другие. Американцы и японцы неожиданно начали покупать в огромных количествах компакт-диски британских групп. Далее пришел черед британских дизайнеров одежды — Пола Смита, Кэтрин Хэмнет, Джона Ричмонда, Джона Гальяно и прочих.

Гальяно впервые за много лет существования британской моды стал дизайнером дома Givenchy. На голливудский небосклон взошли новые британские звезды: Энтони Хопкинс, Джереми Айронс, Хью Грант, Эмма Томпсон. Лондонские девчонки Кейт Мосс и Наоми Кэмпбелл стали супермоделями, а в мире современного искусства статус чемпионов приобрели Дэмиэн Херст, Гилберт и Джордж, Динос и Джек Чепмен, решительно оттеснившие американцев, задававших тон на рынке искусства в течение почти сорока лет. Такой поворот событий было невозможно предугадать еще несколько лет тому назад.

Кто знал четыре года тому назад Энтони Хопкинса? Ну неплохой драматический актер. Без работы, конечно, не сидел. А вот Хью Грант сидел. Помню, как встретил его три года назад под моросящим лондонским дождем у Паддингтона. Печального, малоизвестного и, уж конечно, совсем не богатого актера… Весь новый британский стиль вышел из депрессивного рабочего пригорода Бристоля Портисайд, где его главные создатели жили на пособие по безработице.

На то же пособие в Лондоне существовал знаменитый ныне художник Дэмиэн Херст. Всерьез их не воспринимали — так же как мало кто всерьез воспринимал британских дизайнеров одежды, за исключением разве что Вивьен Вествуд. И вот все изменилось. Японские, итальянские, французские студенты в наши дни изучают дизайн в Лондоне. Современный британский стиль наконец-то обрел подобающий ему статус и второе дыхание. Этот стиль всегда вызывал пристальное внимание «мальчишей-плохишей» с континента и традиционалистов из Нового Света. Традиционалистов, таких, как, скажем, Ральф Лорен, британский стиль всегда покорял интеллигентностью и качеством.

«Плохишей» радовал эксцентричностью и антибуржуазностью. Начав свою деятельность в семидесятых годах с магазина «Sex» на Кингз-роуд в Челси, дизайнер Вивьен Вествуд стала классиком панк-стиля и кумиром для многих дизайнеров одежды. Сегодня это одно из самых неоспоримых имен в мире моды. Впрочем, с этим миром она не собирается иметь ничего общего. Под «миром моды» надо понимать в данном случае дежурные успехи модельеров, беспрестанно расточаемые направо и налево фальшивые улыбки, ажиотаж в «глянцевой» прессе.

Вествуд в наши дни, конечно, уже не андеграундный дизайнер: ее вещи дороже, чем вещи Версаче или Ива Сен-Лорана, их носят члены королевской фамилии. (К ним она относится по-хулигански, что вполне в ее духе — не так давно пятидесяти-с-лишним-летняя Вивьен явилась на вечер в Кенсингтонский дворец в прозрачном платье собственного изготовления, под которым не было белья.)

Походить на континентальных «буржуазных» модельеров она по-прежнему не хочет, так же как некоторые французские и итальянские дизайнеры, например Москино или Жан-Поль Готье. Миланская и парижская публика всегда раздражала Москино и Готье своей предсказуемостью и буржуазностью. Не потому ли последние годы Москино работал в Лондоне с группой английских дизайнеров? Выдумки Москино — сплошное издевательство над вкусами буржуазного потребителя. Возьмите любую его сумку из дешевой китайской клеенки, на которой красуется крупная — смотрите все! — золотая надпись: «This Bag is full of money».

То же можно сказать о Жан-Поле Готье. Сегодня он из Лондона не вылезает. Будете в Лондоне, навестите магазинчик Джона Ричмонда, другого интересного британского дизайнера, неподалеку от интересной самой по себе Карнаби-стрит (Carnaby Street), а также магазин Пола Смита на Ковент-Гарден. Вообще покрутитесь в этом районе в поисках современного британского стиля. С этой же целью советую посетить скучную Кенсингтон-Хай-стрит, где есть тем не менее два интереснейших места — магазин современного японского дизайна Muji и Hyper Hyper. В последнем вы можете приобрести вещи молодых английских дизайнеров одежды и бижутерии. Тут часто можно недорого купить прекрасные вещи.

Указанный маршрут представляется более интересным, нежели посещение Нью-Бонд-стрит, где обнаружите то же, что и в любом другом крупном городе, — Ives Saint Laurent, Gucci и т. д. Но это для тех, кто приехал в Англию не за Made in Great Britain. «Как dandy лондонский одет…» Если центр женской моды постоянно перемещался, центр традиционного мужского стиля всегда был и, вероятно, всегда будет оставаться в Англии.

Что моды? Поговорим о вечном. Моды приходят и уходят, а джентльмены в синих блейзерах как сидели в кожаных креслах по лондонским клубам, так до сих пор там и сидят. Кожаные кресла местами поистерлись, и клубы несколько одряхлели, да и джентльмены, говорят, уже не те. Но их синие блейзеры практически не изменились. В тех же блейзерах их деды наблюдали игру в крикет на зеленой оксфордской траве в 1912 году, и в таком же блейзере

Джеймс Бонд гнал в шестидесятых свой знаменитый Aston Martin. Дизайн Aston Martin сейчас устарел, так же как дизайн почти всех вещей из прошлого. Не устарел пиджак. Он тот же и сшит так же и там же. В поисках великого британского стиля не рекомендую посещать общеизвестные туристические улицы с гордыми названиями Оксфорд-стрит, Кенсингтон-Хай-стрит, Кингз-роуд. Там вы, конечно, иногда обнаружите драгоценные крупицы стиля, но, как правило, ненаметанному глазу распознать их трудно.

Золотое правило в любом деле, касающемся Англии: не ожидайте, что вы что-нибудь получите или даже что-нибудь поймете с ходу. Англия на редкость скрытная дама. Хотите столкнуться с великим Made in Great Britain во всей красе и во всем его классовом снобизме — навестите маленькие магазинчики на Сэвил-роу (Savile Row) и на Джермин-стрит (Jermyn Street) неподалеку от Пиккадилли. Тут вы, как кур в ощип, попадете в оазис дендизма и в настоящую мекку поклонников британского стиля. Именно тут, вдали от мирской суеты, вы встретите этих странных фанатиков со всего мира. Им подавай все только британское. Плащ и зонт должны быть только от Barberry. Портфель — только от Malberry. Если мотоцикл — Triumph. Если автомобиль — только Jaguar, MG, Aston Martin. Все прочее воспринимается с какой-то даже брезгливостью: для толпы. Непросвещенная толпа ничего не понимает.

Владелец одного из магазинов как-то сказал мне, что в числе его немногочисленной клиентуры богатые французы, итальянцы, американцы и даже японцы, совершающие свой ежемесячный шоппинг в этой точке земного шара. Учитывая стоимость авиабилетов из Токио в Лондон и обратно, нельзя не признать, что надо очень сильно любить британский стиль, чтобы делать покупки на Джермин-стрит. Оставим в стороне доводы разума! Они ничего не говорят сердцу настоящего фанатика.

Именно тут и нигде больше вы имеете возможность купить халат лорда, лучшие в мире ботинки, редкий шелковый галстук со сценами охоты, манчестерскую клетчатую кепку, носки и рубашку настоящего джентльмена, одеколон, которым пользуется принц Чарльз, и бритву, которой он бреет свои впалые аристократические щеки, а также огромное количество других вещей, объединенных общим понятием British luxury. Эта luxury порой кажется слишком эксцентричной и старомодной, многих раздражает ее полное презрение к тому, что называют «модой» (то есть к рекламируемым с целью коммерческой выгоды ежесезонным сменам одежды), других она раздражает классовым снобизмом, но никого — отсутствием вкуса или низким качеством.

Вкус будет абсолютным, и качество — высшим. Ткань рубашки будет такой как надо. Шелк галстука особым. Что касается качества шитья — ему нет ра На Джермин-стрит вчера, сегодня и всегда Пройдите по Джермин-стрит, посетите «Herbie Frogg», «Bates the Hatter» или «Turnbull & Asser» и убедитесь сами. Тут царствует атмосфера философской сдержанности и типично английской ненавязчивости. Клиентов мало, и все они свои. Упаси бог, никакой рекламы! Моему клиенту может быть неприятно столкнуться с подозрительным персонажем, и он больше ко мне не придет. А мой клиент — герцог Вестминстерский, покупающий 40-100 рубашек в год. Нет, свободный вход не возбраняется. Просто просвещать вас никто явно не торопится. Найти магазин непросто.

Свои знают. Прочие? Кому надо, найдет. Не надо себя навязывать. Кому надо, поймут. Кто чего-то не понимает — его проблемы. Воспитанный англичанин из «приличного общества» и без рекламы знает, где ему надо покупать рубашку. Мелкому клерку из Сити здесь делать нечего — это не его стиль и не его цены. Ведь существуют супермаркеты. А иностранец вполне обойдется французскими или итальянскими рубашками (не стоит обижаться на британский снобизм — нельзя отрицать: рубашки у надменных продавцов действительно лучшие).

В отличие от модных дизайнеров и супермаркетов, магазинчики, многим из которых по двести лет, не только не рекламируют себя, а скорее наоборот, прячутся от толпы, не желая иметь с ней ничего общего. Но войдите в любой из магазинов — вас встретят со сдержанной вежливостью. Вас не звали, но вы пришли, стало быть, так надо. Стало быть, вы проявили интерес к непревзойденному британскому стилю и ваша похвальная тяга к прекрасному вызывает уважение хозяев.

Надо сказать, что ни один из магазинчиков не стремится развивать сеть за рубежом — это стиль коммерческих супермаркетов. Владельцы магазинов на Джермин-стрит не торгаши, они занимаются искусством и поддерживают великую традицию английского костюма. У каждого магазина устойчивая клиентура, и на многих вывесках красуются гербы британской знати. Это означает, что магазин является официальным поставщиком, например, принца Уэльского, принца Майкла Кентского и т. п.

Хозяева и служащие отличаются чрезвычайно развитым самоуважением. Как правило, делают ту же работу, что их деды и прадеды. Громкий смех и развязные манеры тут совершенно неуместны, продавцы только поднимут брови (очередное проявление британского чувства юмора: боже мой, какой дурак пришел). Тут никто не может быть слишком богатым или знаменитым. Это место, куда робко заглядывают Джек Николсон или Пол Маккартни.

Даже не пытайтесь обращаться со служащими в магазинах как с обычными продавцами: в их лице вы имеете тех, с кем во время примерки любит перекинуться словцом тот или иной английский лорд, либо заезжая американская кинозвезда, либо миллиардер из Токио. Продавцы с манерами профессоров Кембриджа знают цену своим товарам и своим традициям. Лорды приходят и уходят, в истории было немало популярных певцов и актеров, а мои пиджаки как были сто лет тому назад лучшими в мире, так по сей день и остались. Такова логика.

Попробуйте заставить англичанина усомниться в ней. Ну и что с того, что ты Пол Маккартни: мою одежду носили и принц Эдвард, сын Виктории, и Оскар Уайлд. Какой чудесный фрак соорудил мой дедушка к премьере его новой пьесы!.. Что тут возразишь? Пол Маккартни со вздохом соглашается.

В этом ощущении важности своего дела, мне кажется, секрет глубочайшего самоуважения работников этих магазинов. Они живут в ином мире — в мире, где не существует вульгарности. Пусть она захлестывает внешний изменившийся мир — продавцам нет до нее дела. Они скрылись в мир хороших манер, утонченной старины и высочайшего качества, где вести себя подобает робко.

Еще интересное