Исцеляющие ароматы

6
aroma

Давным-давно, когда между наукой и искусством, между знанием и умением не было столь явных различий, как сегодня, аптекарь был и лекарем, и травником, и фармацевтом… Он ставил пиявки и пускал кровь своим клиентам по календарю, не дожидаясь, пока они заболеют. Прошло достаточно времени, и мы, кажется, вновь осознаем, что искоренять болезни нужно до их возникновения, а лечиться лучше природными средствами.

Ароматерапия (или, проще говоря, лечение ароматными растительными эссенциями) — замечательный способ следить за своим здоровьем, особенно для тех, кто сочувствует простым взглядам средневекового аптекаря. То, что это полезно, — очевидно (иначе зачем бы мы стали об этом писать?), но ароматерапия еще и приятна. Причем это кажущееся весьма утонченным лечение по-настоящему эффективно даже при весьма серьезных заболеваниях, так что даже самые ортодоксальные медики-аллопаты не рискуют делать его объектом своих нападок.

Запахи нашей жизни

Чем пахнут наши дома? Ну, если мусоропровод в исправности, подъезд запирается, в нем не живут коты, не дымят курильщики, если никто не жарит рыбу и не морит тараканов, то… ничем. Лишившись своих особых запахов, наши квартиры утратили целое измерение. Когда и как это произошло, сказать сейчас трудно.

Во времена моего школьного детства редкая семья имела телевизор, зато каждая семья имела свой особый уклад и особый запах в доме, настолько отчетливый, что и сегодня можно вернуть его к жизни усилием памяти. Кисленький запах новой нестираной байки никогда не выветривался в комнатах старушки-портнихи, обшивавшей весь двор: из этой байки девочкам шили платья, мамам — халаты.

Теперь даже байка не пахнет — должно быть, усовершенствовали процесс изготовления. Дух горячих жареных семечек неизменно сопровождал игру в лото в доме подружки. Дом был деревянный, двухэтажный. Все такие дома в округе уже сломали. В соседнем двухэтажном ушедшем в вечность доме пахло перегретым магнитофоном и уксусной эссенцией, которой пацаны бесконечно склеивали измученную магнитную ленту. Это просачивалось

Новое время. Просачиваясь, оно пахло чем-то не полезным, но волнующим. Что касается нашей семьи, то каждая смена сезонов была отмечена особым бравурным аккордом. В начале зимы, иногда еще до снега, — только лед захрустит на лужах, — совершался ритуал смоления лыж над газовой плитой. У вас в доме пользовались специальной горелкой? Ну да не в этом дело. Главное — запах. Он держался долго.

Так же пахли лыжные базы в Сокольниках, в Останкине… Начало весны пахло тополем. Впервые после зимы открывали окна, и дом наполнялся запахом тополиных почек. Сережки, кстати, пахнут иначе, чем почки, но тоже волнующе. Последнее время с тополями борются, обложили со всех сторон. С одной — префектура, с другой — экология, а с третьей — какая-то канадская мошка. Уже почти доконали.

В начале осени особенно сильно пахло маринадом. Маринад отец варил густейший, коричневый, как бы перегруженный пряными ароматами. Все-таки в глубине души Россия всегда тяготела к Востоку. Когда впоследствии, в студенческие годы, в порядке историко-филологического эксперимента мы варили русский народный напиток сбитень, он оказался таким же душным, перегруженным восточными ароматами. Запах — мощный, как взрывная волна, — казалось, мог выдавить стекла.

Вот чем, оказывается, пахли в старину торговые площади — не столько овчиной и конским навозом, сколько гвоздикой, корицей, бадьяном, все заглушающими вокруг, стоит появиться хотя бы одному сбитенщику со своим горячим и сладким питьем… Кажется, мы даже не заметили утраты дивных запахов.

Кто-нибудь даже скажет: о чем вы? Забот вам мало? А потом вдруг поймет, что в жизни как-то мало радости, лишь одни заботы. Так начинаются депрессии. С этим идут к невропатологу или психоаналитику. Стоп, мы забегаем в будущее… Отправимся-ка лучше к ароматерапевту — пока не поздно, пока еще не исчезло из нашей жизни ощущение счастья и упоение запахами.

Еще интересное